00:09 

"После дождичка в четверг" Солнце нового мира, Ниал, Skifshi

Солнце Нового Мира
Больше Ау богу Ау (с)
Название: После дождичка в четверг
Авторы: Солнце Нового Мира, Ниал
Иллюстратор: Skifshi
Пейринг/Персонажи:Луффи/fem!Ло, Эйс/fem!Марко, Сабо/Коала, Дофламинго/fem!Крокодайл.
Жанр: гет, романтика, экшн, драма, мифические существа, ER.
Рейтинг: PG-13
Размер: ~56 к слов
Саммари: Спешите, бегите, слушайте!
Родилось у царя Шанкса три сына… Это в каждой приличной сказке было, у нас же сказ иного помола. Коль любы вам приключения опасные, интриги коварные и конец хороший ― сказка же приличная! ― то не уходите и на ус аль косу мотайте, что у кого имеется.
Родилось у царя три сына... Двух украли, два осталось, что за хитрая математика? Откуда взялось у Атаманши лесной два молодца дивных, смекалистых да смелых? Какова жизнь семейная, где растут цветочки аленькие, и кто ведает медицину, что сердца соединяет? Договорится ли царский посол со Змеем от трёх головах и одной девицей? Так ли легко шапку-невидимку сыскать, как бают, и сколько на пути к ней колдунов повстречаться может?..
Спешите, бегите, слушайте!
Сказка наша не ложь, а урок добрым молодцам: после дождичка в четверг они найдут своё счастье.
Предупреждения: АУ, Смена пола (gender switch)
Примечание: За опечатки бьёт челом Солнце Нового Мира, ибо недоглядела их, окаянных. Прошу прощения у тех, кто будет скачивать PDF (зато красиво свёрстано! ^^) и другие электронные варианты. Благодарю своего чудесного соавтора за идею и помощь! Нашему иллюстратору добра, любви и море вдохновения :sunny:
Отказ от прав: Все персонажи принадлежат Эйчиро Оде.
Ссылки на скачивание: в формате PDF|в формате fb2|в формате docx| ссылка на иллюстрации



Персонажи:


Царь – Шанкс
Шут – Бен
Ключница – Альвида
Дальний родственник её – Мистер 3
Лже-Луффи – Багги
Атаманша разбойников - Дадан

Три сына царских:

Старший: Сабо
Средний: Эйс
Младший: Луффи

Сила нечистая (и чистая):

Кощей Бессмертный – Донкихот Дофламинго
Баба Яга – фем!Крокодайл
Леший, на посылках у Яги – Мистер 1
Скатерть-самобранок – Санджи
Серый Волк - Джабура
Колдун Чернобород – Чёрная Борода
Пленница его, волшебная жар-птица – фем!Марко
Змей Горыныч – Драгон, жена его Алёна – мать Луффи
Принцесса №1 – Коала
Принцесса № 2 – фем!Ло
Финист-ясный-сокол – Михоук
Мороз-воевода – Аокидзи
Хозяйка Медной Горы – Куреха
Чудо-юдо – Чоппер
Переславль – Усопп
Сирин – Моне
Домовиха – Сахарок
Кошка-баюн и кот-баюн – Нами и Кураходол

Шапка невидимка – одна штука.
Волшебный шар со стрелкой – одна штука.
Скальпель рубиновый – одна штука.


Страшнее обиженной женщины зверя нет


В некотором царстве, в некотором государстве... Жил был Царь, и было у него три сына. Правда, сыновья те были лет малых, всего-то третий день им пошёл. В зале тронной собралась челядь любопытная, бояре да дворяне, гости разные, для государства пользительные, и царь-батюшка на троне гордо восседал для пущей важности.
Корона златая не подходила к алым волосам, потому-то по правую руку от царя скромненько стоял шут, увеселитель государевый и помощник тайный. Он мурлыкал себе под нос песенку и натирал платком шёлковым корону. Камней на ней ― видимо невидимо! Да только носить царь не изволит, нрав упрямый больно. Перед послами заморскими стыдно.
― На-кось, скипетр держи, ― проворчал беззлобно Бен, вручая почтительно царю и другу верному регалию. ― Теперь выглядишь солидно.
Царь-батюшка тоскливо посмотрел на золотую регалию, настоящий шедевр мастеров- кудесников, и, вздохнув, взял скипетр. Всё-таки, не на совете боярском, а на празднике торжественном: на дне имянаречения. Сегодня к нему детей принесут новорожденных, включая его царевича и наследника. Волновался царь очень, даже семейную реликвию ― шляпу из золотой соломы самого Рода ― не надел.
― Долго, ― пожаловался другу он, ― где же все повитухи, мамки и няньки? Или дети кривы, или смерть в двери стучится? А может волхвы забыли обереги?
Волновался царь зря, но и поделать с собой ничего не мог. Медовушечки бы ему с травами пряными да с кашей наваристой и мясом сочным, чтобы душа на место встала, ан нет, не велит обряд.
― Не кручинься, царь-батюшка, ― отвечал шут спокойно, волнение прочь прогоняя речами разумными. ― Дети здоровы и живы, давеча видал я их ― добрые молодцы вырастут! Не серчай на род женский, вечно с ними так: то одно поправят, то иное, и вовсе про обряд запамятовать могут.
Шепнул Бен челядинцу сметливому, что б мамок-нянек поторопил да люльки подготовил надлежаще. Негоже царским сынам ютиться в пелёнках. Исполнили наказ споро: отворилась дверь в залу тронную, вошли волхвы умудренные, бороды по полу волоча. За ними семенили дородные нянюшки, баюкая на руках молчаливые комочки. Средь них выделялась женщина красы дивной, но опасной ― не одного мужа славного с ума свела она чарами иль хитростью и коварством. Её дитя смирно лежать не желало и голосок луженый на всех желающих опробовать норовило.
«Говорливый будет, а толку ― с бублик», ― подумал шут мудро, однако смолчал и поклонился нянькам. Оживился царь, сразу улыбка осветлила лицо его, в глазах огоньки теплые загорелись. Встал он с трона резного, встретить чтобы гостей долгожданных. Те поклонами его поприветствовали, и заговорил высокий могучий волхв, который отцу Шанкса ещё служил, но после смерти его отошел от подвигов ратных.
― Почтение своё выражаем, царь-батюшка, ― говорит волхв голосом звучным и торжественным, но глаза серые его лукавством блестят, ― боги милостивы к тебе и к народу твоему. Детишки все крепкие и здоровые, их судьбы разные, но все они своё счастье найдут.
― И тебе поклон земной, порадовал нас, ― весело царь говорит, голову склоняя без стыда. Рад он, что кудесники-волхвы службу верную несут да беду отводят, коль надобность в том бывает. ― Поведай, что ждёт их? Почет ратный, аль иная какая доблесть? ― обвёл Шанкс взором залу, благосклонно боярам улыбнулся, послам заморским, да не стерпел, сам навстречу волхвам и нянькам спустился. Мочи нет, кровинок родных увидеть бы! Много жён у царя, но всё не то, для народа браки сии, не для души и неба. Три лучика счастья всего освещали жизнь цареву, тяжелую и горькую. Две из них умны и прекрасны, ничем не уступают мужам, ни в речах, ни в делах. А третья...
― Наступит их час, царь-батюшка, ― кротко, но решительно отвечает волхв, знак делая нянькам. ― Тогда все увидят то, чему не миновать. Угодно ли начать обряд? Детишки нетерпеливые, ― тихонько, в бороду посмеиваясь, добавляет: ― В отца пошли.
― Начнём, начнём, ― царь величественно кивнул. К нему, чуть сгорбившись под тяжестью пелёнок и младенца, подошла первая нянька. Широкая, объемная и короткая ростом, она улыбалась счастливо, словно не чужого ребёночка на руках держала, а свою кровинушку.
― Старшенький, царь-батюшка, ― молвила она, убирая с личика дитя покрывальце. На Шанкса с любопытством посмотрели голубенькие глазки.
― Я видел его звезду, ― молвил один из волхвов, но тихо, чтобы бояре и гости заморские не слышали, ― мудрость будет ему дарована и к знаниям страсть. Разум его будет гибок и тонок, чтобы беды не накликал, держать надо будет его от грани далеко.
Подумал царь да молвил:
― Сабо имя ему. Волхвам (и Бену) отдаю дитя своё ради блага его и державы.
― Благодарю за честь, ― точно сокровище бесценное принял Бен старшего царского сына, подержал немного, в глаза чистые вглядываясь, и вернул няньке. Та споро унесла младенца, и настал черёд второго ребёнка.
За пелёнками открылись царю крохотные ручки, крохотное личико, на котором, подобно маленьким солнышкам, рассыпались до поры незаметные веснушки. Схватил средний сын отца за палец, держит, отпускать не хочет. Рассмеялся Шанкс, бесы в глазах его пляшут и в глазах дитяти отражаются.
― Дальняя дорога уготована ему к счастью, но приятен будет тот путь. Песней сын твой обласкан, людьми добрыми окружён да огнём, что горит в душе и тьму отгоняет, ― туманно молвил волхв, на удивлённый взор царя отвечая. ― Открыт он для добра. Славный человек вырастет!
Отпустило дитя палец царский, заволновалось, обратно к нянюшке запросилось. Решил государь, думая недолго:
― Имя его ― Эйс. Нянькам поручаю его, а далее увидим, какой огонь предвидел волхв.
До сего дня не слыхивал царь предсказаний подобных. Неужто мальчики сии способны свершить нечто большее, нежели подвиги, воспетые в веках, но никого более не удивляющие? Волнение и гордость охватили отца. Проводил он взглядом няньку с Эйсом на руках, певшую колыбельную, и чувства свои под замок крепкий запер. Не дело пред челядью да боярами слабость показывать.
― Младшенького, государь? ― улыбнулся волхв, и сам поднёс к ученику своему комочек из пелёнок, молчаливый, но буйный: розовая пятка без устали откидывала ткань прочь.
Царь невольно улыбнулся, сразу углядев непоседу и будущего грозу всех местных углов и закоулков. Волхв, придерживающий дитя с неожиданной нежностью, откинул с детского личика пелёнку. Не было в этом ребёнке ничего столь особенного, как в старших братьях, но Шанкс ощутил некий трепет, какой не чувствовал раньше, смотря на знакомую широкую ещё беззубую улыбку. Он не сдержал удивлённого взгляда, предназначая его волхву-наставнику. Тот, пользуясь тем, что спиной стоит к народу, подмигнул царю да улыбнулся широко:
― Сила в этом ребёнке спит невиданная, неслыханная. Вести людей за собой ― такова его доля. Многие преклонят перед ним колени и встанут за его спиной, но не от его на это желания, а от собственного решения. ― И тихо, только для царя прибавил: ― Таким был ты, рыжий негодник, таким был твой отец.
Шанкс кивнул понимающе, в глазах его светилась нежность и гордость к младшенькому сыну.
― Боги не зря одаривают своей милостью и плетут судьбы нити. И не нам их рвать. Имя этому дитя ― Луффи. Его я назначаю наследником своим, будущим государем нашего царства.
Склонились в низком поклоне бояре, челядь и гости заморские, няньки и мамки, даже волхвы опустили седые головы, признавая решение царское.
Одна лишь женщина со своим ребёнком взирала исподлобья мрачно, недобро. Её красивое лицо уродовали гнев и зависть, но эти чувства быстро пропали, как только царь вдругорядь хлопнул в ладоши, подзывая к себе последнего новорождённого. Ключница приблизилась, взглянула в глаза Шанксу преданно, точно собачка верная, и откинула пелёнку с лица младенца.
― Хм, ― молвил царь. Обуревали его сомнения, уж больно ребёнок голосист и непригляден с виду. Нрав его будет тяжёлым и неуживчивым. Но что сказать любящей матери? ― За добрую службу благодарен тебе, Альвида. А дитя твоё нарекаю Багги. Учи и наставляй его, чтобы жил он в смирении и добродетели, не наживал врагов и хранил друзей.
Захлопала челядь, заулюлюкала, все рады были слышать, что закончился обряд важный, потянулись гости заморские к столам, яствами заваленным, остались стоять государь, шут его да волхвы. Альвида с досадою отошла прочь под снисходительным взглядом Бена. Не такой чести ждала она для своей кровиночи! Ради чего гнула спину дивная красавица, ночей не спала, терпеливо сносила все тяготы? Чтобы взглянули мельком да имя первое на ум пришедшее дали? Чем хуже она и дитя её того же младшенького, которого царевичем будущим сделали ещё в колыбели? Дрожала от гнева великого женщина, ребёнка небрежно укачивая.
Не видел царь, что обиду нанёс ключнице великую. Говорил он с волхвами, смеялся и был самым счастливым человеком во всём государстве. Да надвигалась беда, никем непредвиденная, никем не познанная.

Всходило и заходило солнце, отмеряя время, прошли четыре дня, никем не замеченные. Царь-батюшка нарадоваться на сынов своих не мог, каждую свободную минутку заглядывал к женам в терем резной, чтобы на детишек своих поглядеть. Народ только посмеивался добродушно, понимали они радость правителя своего. Бен сопровождал царя везде, следуя след в след и исполняя наказ его, за старшим из сыновей приглядывая. Но не только Сабо удостаивался взора внимательного, на Альвиду часто смотрел Бен тайком. Вот только не от любви великой, а от подозрений: видел внимательный Бен тень на красивом лице и злость в уголках улыбающихся губ.
― Внимательнее будь, ― увещевал Бен царя своего и друга с детства, когда в царских покоях оставался с Шанксом наедине. ― Задумала она что-то нехорошее.
Но царь был слишком счастлив, чтобы видеть мрак в чужих душах, казалось ему, что мир прекрасен. И впервые правитель не прислушался к словам друга милого. И пожалел он об этом, обзаведясь сединой буквально за одну ночь.
Запалили жёны-матери лучины, принялись прясть полотенца да прочие рукоделия на радость всем и себе для потехи. Качали они люльки резные с детишками, пели колыбельные тихонько, нарадоваться не могли. Царя давно из светлицы выпроводили, наказав до утра ни ногой, где ж это видано, чтобы муж беспросветно вокруг младенцев кружил, аки сокол, птенцов своих охраняя? Смеялись жёны в ответ на тревоги шута, ласкали кровиночек своих и думы думали, как завтра будут их пеленать, игрушками баловать да любовью одаривать.
Старшего к себе Бен забрал, сам ухаживал, сам кормил, поил и берёг пуще царевой короны. Мимо его опочивальни пройти нельзя было ― шут грозный мог в исподнем выбежать, а меча доброго, не раз испытанного, из рук никогда не выпустит. Беда не заглянула к Сабо, устрашилась блеска стали. А вот к любви и свету она двинулась несокрушимой стеной.
― Спать деткам пора. Темно уже, поди, прясть, ― потянулась Руж, мягко коснулась плеча подруги и принялась аккуратно поправлять пелёнки сыночку, что во сне раскрылся, ножками и ручками крохотными шевеля.
― Верно молвишь, сестрица, ― не были они сёстрами по крови, но любили и верили друг дружке, как самим себе. ― Ложись, я спою. Мой давно уж пятый сон видит.
Разошлись жёны, полилась песня нежная, грустная, от сердца материнского, из самой глубины его. Коснулась Руж подушки мягкой, опала на перины пуховые и заснула, убаюканная, точно младенец. Песня рекой полноводной текла недолго: ослаб голос матери, устала она, прикорнула всего на минуточку!..
Зажглись везде огни, вспыхнуло, треснуло что-то ярко, громко ― то на терем напали неведомые разбойники, стражников царевых под покровом ночи врасплох застав. Напрасно дружинники бились, не одолеть им коварства и удара вероломного. Смели их тени, на людей похожие, в щёлку меж врат просочились и хлынули к светлице, где детки и жёны царские сну предавались. Горел терем деревянный, ревели зверьми ранеными дружинники, да горше всех плакали матери, телами своими люльки заграждая.
Переметнулся огонь со ступеней на стены терема, повалил дым столбом, зазвучал на всю округу вой горестный. Но теням не было до этого дела, они шли к своей цели и не боялись сгинуть в пламени. Вот две из них к люльке наследника подскочили, запустили в неё руки свои загребущие, но кинулась им наперекор царица, сверкая тёмными, блестящими от бешенства глазами. Но как бы ей ни хотелось спасти своё дитя, нападающие были сильнее, они откинули женщину в сторону, да та и затихла. Схватили они ревущего младенца и вылетели из горящего терема, вскочив на лихих коней. Их уже ждали другие разбойники, в руках одного из них тоже был сверток с царевичем. Хлестнув по крупам лошадей, воры бросились врассыпную и скрылись во мраке.
Зря рвал волосы себе Бен, на колени пред царицей упав. Весь терем охватил ужас и горе, ибо сгинули супостаты, исчезли следы, затворились ворота. Попытался было шут погоню устроить нешуточную, всех мужей поднять с оружьями, да не поспел в срок.
Только выбежал из опочивальни ― навстречу ему Шанкс. Лицо белее смерти, глаза яростью пышут, кругом царя сила хлещет, волхвами подаренная. Замер Бен, отдышаться не может, слово молвить хочет ― на губах замирают. Выдавил отчаянно:
― Украли...
Ох, только не тронулся б умом несчастный, хуже родителя ему, в ответе за деток был, а не сумел спасти и уберечь. Руки дрожат на эфесе меча ― чего доброго сам себя зарубит.
― Не надо, ― горькой полынью пахли слова Шанкса. Отчаянием и потерей. — Единый друг ты мне и товарищ. Не раз спину от стрелы прикрывал... И покинуть меня вздумал? Не бывать этому!
И обнял царь шута своего, крепко, до боли, делясь ею и израненное сердце на миг открывая. Отстранившись, глядел он уже спокойно и ясно, видя, что горе не вернет деток, а надобно жен и старшего сына из горящего терема вывести.
― Сабо унеси в мою опочивальню. Глаз с него не спускай.
Кивнул Бен, в мудрости друга не сомневаясь.
― Царь-батюшка! ― вдруг раздался мужской голос от терема. Глядят мужи, идёт десятник без кольчуги, с бородой подпаленной, но с булавой на поясе. А под руку он поддерживает женщину растрепанную, другой же сверток к себе прижимая. Бросился к нему Шанкс, глядит, а пеленка то расшитая, в которую младшего царевича завернули. Обезумел от облегчения царь, слезами заливается, дитя в крошечную головушку целуя.
― Где же ты его нашел?
― В углу самом дальнем, царь-батюшка, вместе с ключницей. Та до сих пор от страха трясется. Попробовал забрать дитя, да баба эта чуть глаза мне не повыцарапавала.
Глядит зверем загнанным ключница, руки к груди прижав, будто до сих пор рядом с сердцем дитя удерживая. В ответ на восклицания царевы кивает бездумно, со всем соглашаясь, да всё тянется к свёртку, желая то ли убедиться в его целости, то ли чтобы пелёнки поправить. А глаза блестят лихорадочно, правда в отсветах жаркого пламени чего только не почудится безутешному отцу.
― Ты спасла Луффи, ― проникновенно выдохнул Шанкс, сжимая чёрные от пепла руки Альвиды. ― Вовек не забуду твоего поступка! ― дела государственные, власть, богатство ― всё это бессмысленно, коль потерял ты самое важное, самое родное: ребёнка.
― Я сделала то, что должно, ― шепнула ключница, дрожа всем телом и едва на колени пред царём не падая. Подхватили стражники её по велению Шанкса под белы рученьки да повели в покои женские, в пожаре уцелевшие. Забрал рыжий дитя своё, убаюкивает на руках, и наблюдает, как жён верные слуги и нянюшки в чувство приводят. Горько ему от дыма, сладко от счастья, а колет сердце игла тонкая, острая. Неладно у царя на душе.
Но ребёнок... Луффи цел. Большего несчастному отцу и не надобно.

В своей опочивальне разительно переменилась Альвида: ушли стражники, а она лебёдушкой прошлась, покружилась, хохоча заливисто, и на руки свои глядя, говорила голосом, полным тщеславия:
― Радуйся, царь, своей погибели! Уж я-то не прощу унижение, чужими руками добьюсь того, чего достойна по праву. А сыночек мой неказистый в этом подсобит...


***



Что же, надо признать, что коварный план Альвиды принёс свои плоды. Подмены не заметили, а поиски, всё-таки организованные Беном, ни к чему не привели: пропали царские дети. Сама ключница при царе была кротка и мила, и, якобы потеряв своё дитя, попросилась следить за наследником, обещая любить его, словно свою кровиночку. Обман ей удался ещё и потому, что царевых жен, больных от тяжелой потери, отвезли в другой терем при волховых рощах на лечение, а значит, ни одна из них не могла сердцем своим материнским узнать, что наследник вовсе не наследник, а её, Альвиды, сын. Потерял на некоторое время бдительность и Бен, который постоянно находился со старшим из царевичей, воспитывая, как собственного сына. Тот рос не по дням, а по часам, старательно обучаясь и грамоте, и владению ещё детским деревянным мечом. Царь же, отгоревав своё, углубился в дела государственные, стараясь защитить народ от разбойников и супостатов, чтобы ни один из них никогда не причинил людям такого горя, как ему. И, надо признать, Шанксу это удалось. Кроме того, войско ратное под царским началом и новые земли присоединило, и союзниками обзавелось. С самим Змеем Горынычем царь водить дружбу стал. А лжецаревич Багги, откликаясь на имя чужое, своего характера не изменил: пусть не ленив, но хвастлив и до лёгкой наживы мальчик был охоч. годы взросления прибавили не только недетских развлечений, но и характер скверный. И если первые лет десять царь закрывал на всё глаза, в походах славу ратную завоёвывая, то потом ему оставалось лишь удивляться: совсем не так он трактовал предсказание волхва-наставника.
Увы, не всех разбойников сумели поймать царские дружинники. Многих злодеев заставили отвечать за свои проступки, а вот те самые, что детей украли, спрятались от зорких глаз стражи, от гнева царского, даже волхвы чародейством никого не могли узнать ― будто скрывало их что-то неведомое.
«Судьба», ― таинственно молвил наставник, отвечая на вопросы Шанкса, и более ни слова не произнёс. А годы шли, росли детки, кто умнел да премудростям обучался, а кто по кабакам и девкам ходил, будто к себе в терем. Не ведал царь, что делать с младшим сыном, во всём оный слушался ключницу, что мать ему заменила, а Бена же ни в грош ни ставил. Вздыхал отец-горемыка, глядел в окно на то, как уходит вновь отрок на увеселения, и с силой захлопывал ставни.
Бен бросил втолковывать что-то в легкомысленную голову Багги, махнул рукой на него и полностью посвятил себя Сабо. Тот был мальчиком смышлёным, вежливым, взрослым не грубил и от занятий не уклонялся. Одна беда: больно любопытен, вечно норовил за боярами вслед прошмыгнуть, схоронившись в углу незаметно, и подслушать, о чём же дела государственные ведутся. Раз ловил его шут, за ухо тягая в назидание, другой ― уже порицая при всех, чтобы более спуску себе не давал, а в третий раз… Прошёл мимо угла, где тихонько сидел царский сын, насвистывая беззаботную песенку. Так Сабо впервые добился единой маленькой, но важной для него цели.
Из залы его уже не гоняли бояре. Сам царь, улыбаясь смешливо, кивал, точно одному из мужей разумных, и толковал медленнее о делах, чтобы отроку безусому легче разобрать дела сложные получалось.
Жили-поживали в царском тереме мирно, коль кутежи Багги не вспоминать лихом, и не ведал никто, что в глуши лесной чащи, среди зверья дикого, земель безлюдных да ветров суровых росли два мальчика ― на солнышки подобные, яркие и живые, со всем справлявшиеся умеючи. Атаманша разбойников вырастила их неохотно, но прикипела сердцем и душою, уже не чая своих деток заиметь, а вот чужие у ней не знали горя. Разве что пороли их частенько, было за что. Неча лагерь разбойничий на уши поднимать, коль меж собой поделить трофей великий ― кролика ― не в силах!
Но в основном, росли детишки без забот и особых тревог. Помогали разбойникам, конечно, куда без этого: то милостыню попросить, то воинов-стражей отвлечь, а то и проникнуть куда. Кроме того, мальчики сильными росли да смекалистыми, пусть старший брат несколько и превосходил младшего в драке и в охоте, зато младшенький никогда ни в чём не сомневался и умел разбираться в людях, пусть и подсознательно. Кроме того, не смотря на то, что маленькие разбойники почти всегда были вместе, им нравились разные занятия: Эйс, старший, прикипел к местному цыганскому табору, который пел и плясал на ярмарках, а младший, Луффи, любил рассказы бравых вояк слушать о битвах, царевнах и чудесах. Но шло время, росли братья, и пришел им срок самим свою судьбу строить. Решили они в путь отправиться, себя показать и на других посмотреть, а только потом, если сердцу ничего мило не станет, к атаманше и её разбойникам вернуться. Провожали шалопаев без открытых слёз, зато большой пирушкой, после которой стали путники складывать истории о ведьминых шабашах.
Встали рано поутру добрые молодцы, тихонько мимо спящих разбойников ― шмыг! ― собрали еды какой в дорогу (мешка три) и отправились, куда глаза глядят. Младшенький, точнее, хотел сразу на топи болотные войной пойти, мол, там страшнее всего и чудищ больше, но не пустил его Эйс, желая целым своего братца видеть. Вышли они в чистое поле, кругом ― простор и благодать, небо синее-синее, трава густая, высокая, не видать, что дальше делается на свете. Хохочет Луффи, заливается, белок пугает да несётся впереди, сочным мясом силы поддерживая. Бредёт позади Эйс, на дудочке песню чем-то до боли знакомую наигрывает, слушать бы и слушать, но кто знает, какая опасность впереди притаилась?
― Смотри, Луффи, ― окликнул непутёвого Эйс, вдаль всматриваясь очень внимательно. ― Не развилка ли там?
― Да-а-а-а, ты прав! ― перепутье дорог стало первым серьёзным испытанием для молодых разбойников. Почесали маковки братья, бросили монетку. Старшему хотелось сыскать волшебную шапку-невидимку, а где она ― ведомо лишь могучему колдуну Чернобороду. Быть может, у него самого в сундуках запрятана. ― Ну что, куда пойдёшь?
― Направо, братишка, ― а веснушки огненные так и сияют, ― налево мне ходить совесть не велит.
― А я прямо! ― воскликнул Луффи, уверенно глядя вперёд; дорога его казалась прямой и простой, только дымка туманная впереди и кромка леса, на вид дремучего, внушали тревогу. Не случиться бы беде какой…
― Встретимся тут?
― Обещаешь?
― Обещаю!
Обнялись братья, кивнули друг дружке и разошлись каждый в свою сторону.


Царский указ и цветочки аленькие



А в царстве в это время неспокойно было. Сидит у окна царь-батюшка, маковку задумчиво чешет да смотрит на портрет наследника своего пристально:
― Не похож. Уши не мои, глаза не мои и нос не мой.
― Характер хоть и безалаберный, но тоже не ваш, ― усмехается шут да уворачивается от привычно брошенной в голову подушечки.
― А ведь ты прав. И труслив мальчишка, трусливее зайца серого. И как мне на такого царство своё оставить? Погубит же, ― вздыхает Шанкс так печально, что даже его друга верного и беспристрастного проняло. ― Ещё и Альвида воду мутит, корону отдать наследнику требует. Будто это и не случится когда-нибудь.
― Не кажется ли тебе, царь-батюшка, ― вкрадчиво интересуется Бен, свиток мимоходом просматривая, который Сабо из поездки государственной важности прислал, ― что торопится сильно Альвида, что не чисты её намерения.
― Кажется, ― понуро кивнул царь, ― да ведь я слово дал ей, сдержать надобно.
Тут врывается в покои царские ключница, этими самыми ключами бренча, за ней вваливается наследничек-царевич. Упирает Альвида руки в крутые бока да молвит без разрешения:
― Что же ты слова своего не держишь, государь?
Шанкс бросает взгляд на друга верного, мол, а я о чём говорил тебе, и смотрит уже на Альвиду устало:
― Ты за языком-то следи, женщина. И какое это слово я не держу?
― Как же, государь! Сынишке твоему двадцатый годок пошёл...
― Двадцатый! ― поддакивает Багги.
―... а царство ты ему ещё так и не передал!
― Не передал.
Подумал царь, подумал, и вдруг пришла ему идея грандиозная, как все те идеи, что вовремя приходят.
― А ну, Бен, ― хлопает царь в ладоши, с резной лавки вставая, а шут его тут как тут, ― доставай принадлежности письменные, указ будем писать.
― Как прикажете, царь-батюшка.
С подозрением взглянула на него Альвида, чувствуя: замышляет царь что-то, как пить дать затевает! За долгую службу успела, как она сама считала, изучить рыжего вдоль и поперёк, разве что в постель государеву попасть не удалось. То день неудачный, то голова болит, то вовсе, делами отговариваясь, сбегал от неё Шанкс. Не зря сбегал. Ключница подбоченилась, носик задрала и решила, что коль уж взялся он за перо, то быть её сыну королевичем! А там, чего доброго, невесту с добрым приданным подыскать можно и случай несчастный невестке устроить… В них Альвида мастерицей была.
― Что писать? ― обмакнул Бен перо гусиное в чернильницу, завитушку затейливую в уголке пергамента пририсовал (зело на карикатуру похожую, но царь сделал вид, что не заметил) и внимать приготовился. Начал Шанкс из одного угла опочивальни в другой ходить, указ сочинять, нарочно Багги с ключницей раздражая.
― А пиши так! ― вдохновился царь, похоже, видом из окна на мельницу. ― Указ царский, от года такого-то, дня жаровня такого-то гласит: сделаю я царём того, кто победит супостата могучего, государство наше в кризис вгоняющего, великого чародея, бессмертного и ужасного, до девиц охочего…
― Титулы все перечислять? ― деловито уточнил шут. Перо так и летало по пергаменту.
― Перечисляй, ― величественно подтвердил Царь, улыбки не скрывая. ― Ему приятно будет. Так вот, тот, кто победит Кощея Бессмертного и его дружину, спасёт принцессу из плена, желательно живой, станет моим полноправным наследником! Написал?
― .. на-след-ни-ком… ― высунув язык от усердия, пробормотал Бен, поставил точку и помахал пергаментом, чтобы чернила быстрее высохли. ― Вот тут подпись поставьте, царь-батюшка. А я сверху печатью-то заверю…
― Что-о-о-о?! ― вспыхнула, точно промасленная лучина Альвида, кинулась к шуту и выхватила у него указ государевый. ― Родного сына таким опасностям подвергать вздумал? А вдруг погибнет кровиночка или без рук и ног останется?!
― Или без носа, ― поддакнул шут, ничуть потере указа не огорчаясь.
― Значит, не достоин корону носить, ― спокойно ответил Шанкс, пристально глядя на обоих. ― Ему судьбой предначертано людей за собой вести. Вот пусть и проявляет скрытые таланты.
― Ах, так?! – топнула ножкой ключница. ― Не бывать этому! ― и порвала указ в мелкие клочки.
Бен пожал плечами философски, достал из-за пазухи пергамент чистый, перо очинил и елейным голосом спросил:
― Сколько копий писать, государь?
Шанкс одобрительно хлопнул его по плечу и взглянул в окно: ах, какой чудесный вид…
― Чем больше, тем лучше. Всё царство знать о том должно. И писцам передай, ― рыжие волосы багряным горели в солнца лучах, ― мой наказ.
― Слушаюсь, царь-батюшка, ― поклонился шут и, спрятав новый указ за пазуху, от цепких женских ручонок подальше, буквально испарился из царских опочивален. Альвида поерепенилась, покружила перед царём наседкой-курицей, но ушла ни с чем, сыночку прихватив, чтобы тот глупостей не наделал. Долго думала ключница, что же делать, и придумала. Достала из сундука что-то и вручила добро сыну, приговаривая:
― Вот царевич, это сапоги-скороходы, используешь, когда царевну достанешь.
Осмотрела она кровинушку и спросила строго:
― По басурмански умеешь ругаться, царевич?
― Конечно, ― гордо вскинул подбородок Багги, так шапка, золотом расшитая, чуть с головы его не свалилась.
― Так вот, ― кивнула довольно Альвида, ― когда царевну-то поймаешь, ругайся, как сможешь громко, тогда и сапоги быстро понесут.
Приставила к сыну Альвида своего третьего брата по линии третьей супруги её третьего отца (третья вода на киселе, но сойдёт) и отпустила с миром.


Мира же не ведал Луффи: еду, на неделю рассчитанную, он уничтожил за неполных пол дня, и оттого грустил, ища хоть что-нибудь съедобное. Кругом зеленела травушка-муравушка, пробовал её парень с горя жевать ― на силу отплевался и водой студеной из речки запил. Солнышко красное пекло в чёрную голову, мысли путая. Долго ли шёл он, трудно сказать, но вот показался вдалеке камень огромный и от него уходили в разные стороны три дороги.
― Опя-я-я-ять? ― раздосадовано протянул Луффи, пиная злополучный камень. ― Я есть хочу, а тут идти ещё ого-го сколько! ― туманная дымка стелилась по прямой дороге, слева несло жилищем человеческим, а справа ― полем свежевспаханным. Долго выбирать парень не стал, налево пойти вздумал, как вдруг приметил на камне рисунок странный.
― Стрелочки какие-то, ― задумался Луффи, щуря глаза. ― А не, карта вроде. И... ― любой уважающий себя богатырь знал, куда какой путь лежит, но младший царевич, у разбойников росший, не лыком шит. Важны для него были приключения, дружба и еда, а подвиги... Подвиги пускай герои свершают. А мы прямо пойдём. Туда, где череп с костями нарисован.
Каждый богатырь и умный человек знает, это ― верная смерть.
Луффи не богатырь. Напевая бессмысленную песенку, отправился он прямиком в туман, что ласковым псом под ноги ему стелился. Каркало воронье, шумела густая дубрава, гады всякие дорогу переползали. Их Луффи за хвосты хватал и в кусты кидал. Если низко летят ― к дождю. Наконец уткнулась дорога прямиком в тропинку, ни людом, ни зверьми не хоженую, почуял парень дух приключения и как побежит навстречу судьбе ― только пятки сверкнули!..
Корни с пути его убирались, вороны замолкали, и ветер утихал; приблизился Луффи к месту опасному, куда всякому ступать запрещено, коль он жизнью своей дорожит. Вырос посреди леса терем прекрасный, ставни резные, ворота крепкие, башенки расписные и петушок деревянный со скрипом еле поворачивается. Остановился Луффи, столб пыли за собой покинув, окинул взором красоту эту дивную, волшебную, и крикнул, что есть мочи:
― Есть хочу!!! Покормите меня, любое желание исполню!
Эхо ответило ему мрачно:
― Занята хозяйка, потом приходи!
Насупился Луффи, не такого приветствия он ждал. Но быстро прошла обида, человек он был не злопамятный, наоборот, добрый весьма и почти к каждому подход свой имел особенный. Поплутал разбойник вокруг терема запертого, постучал в ворота резные, да Эхо послушал, что тарабарщину басурманскую на негодника выливало, от дома хозяйкиного отваживая. Тогда решил путник дальше пойти, хозяйку эту неведомую сыскать. А вдруг накормит доброго молодца?
Только вернулся он в лес, как вороны в испуге разлетелись, деревья вид приличный состроили, а ветер, вздохнув, точно живой, в сторону подул, за собой Луффи зовя. Не удивлялся парень чудесам, любил слушать в детстве, что разбойники баяли, потому направился с лёгким сердцем туда, куда путь ему указывали. Мало совсем идти пришлось: в лесу полянка нашлась круглая, грибов да ягод ― за всё лето не собрать! На пеньке, точно троне выросшем, сидела женщина красы необычной, тёмной. Спрятался Луффи за дерево (Эйс научить сумел, в голову беспечную знания вложив) и смотрит во все глаза на диво это.
А женщина ногу на ногу закинула, сапожками покачивает и глядит грозно на мужичка выше её раза в два, пожалуй. Мужичок тот сильным выглядел, кожа его цвета дерева, глаза угольями горят и на голове ― платок басурманский, клетчатый. Разве что сабли на поясе не хватало, но её достойно заменял сучковатый посох. Молчал мужичок, землю перед собой изучая с интересом, пока женщина не молвила голосом опасным, глубоким:
― Ну, доставил письмо моё?
― Доставил, хозяйка, ― отвечал смиренно Леший, на посох тяжело опираясь. Три дня и три ночи летел он через леса и болота, чтобы передать слова важные да отдохнуть немного, не слишком ему нравилось на посылках быть. ― Только…
― Говори, не томи, ― поторопила нетерпеливо дама, прядь волос чёрных за ухо заправляя. ― Что ответил охальник этот?
― Могу зачитать, ― упавшим голосом молвил Леший, доставая пергамент, выпрямляя его и кашляя, чтобы горло прочистить. ― Ягодка моя ненаглядная, цветик души моей! Скорблю я всем сердцем о разлуке, желаю хоть одним глазком тебя увидать…
Поморщилась хозяйка: пересолодил письмецо автор.
― Пропускай вступление. Наизусть знаю, что он там надиктовал. Дальше!
― … не злись, пожалуйста, но мнения своего не изменю я. И вообще, мужчина я иль былинка степная? Как хочу, так и ворочу (зачёркнуто) так и делаю, а в воспитании детей не хуже тебя разбираюсь. Кроме того подозрения твои в измене необоснованны, ибо люблю тебя больше жизни и ни на кого не променяю. Упрямей (зачёркнуто), ревнивей (старательно зачёркнуто), умнее и краше всё равно не найти, а если и найду, то ты её со свету сживёшь (буквы в ужасе расползлись по краям листа). Жду ответа, зазноба моя! Твой ДоДо.
Поскриптум: снова богатыри давеча явились. В саду пополнение. Целую~
Закрыла лицо рукой женщина, не зная, что и сказать на такое. Ничего не понял Луффи, но хозяйка ему понравилась. Не внешность пленила мальчишку, а нрав гордый и очи жёлтые, нелюдские. Наверняка колдунья сильная! У таких, разбойники говорили, избушка на курьих ножках есть, банька, яблоки волшебные и скатерть-самобранка. Живот паренька издал жалобную трель, требуя еды: услыхали её на полянке, подобрались, насторожились. Дама рукой махнула, пергамент себе забирая и за пазуху пряча. Молвила отрывисто, взора с дерева, за которым Луффи прятался, не спуская:
― Скажи этому… ― далее слова непонятные были, Лешему явно знакомые, ― что коль он лучше меня знает, то пущай и сидит в своём тереме, а я к нему ― ни ногой! Пока прощенья не попросит и цветочек аленькой не подарит, шиш ему!
― А зачем вам, хозяйка, цветочек-то? Растут же во дворе, ступить невозможно спокойно.
Хмыкнула дама, непонятливости слуги удивляясь:
― Так принято, не знал, что ли? Помучается, найдёт, значит ― нужна я ему. Всё, неси ответ мой!
Вздохнул посыльный тихонько, чтобы вспыльчивую госпожу не раздражать лишний раз, завертелся вокруг оси своей и пропал, будто сквозь землю провалился.
Луффи попятился, думая поймать дамочку на выходе из леса, всё же не дурак он был, хоть и наивен иногда, но колдунья планы-то под себя изменила. Взвыл лес зверем раненым, откуда ни возьмись буря песчаная налетела, подхватила мальчишку и понесла к терему, за ворота крепкие, дубовые. Рухнул Луффи прямо на цветики алые, маленькую полянку потоптал, пока песок весь стряхнул и отчихался. Встал, огляделся и обомлел: терем выше деревьев, башенками небеса задевает, а петушок, кажется, солнце лично на небосвод по утрам выгоняет. Таки и стоял бы молодой царевич, рот раскрыв и на чудо любуясь, да внимание его хозяйка потребовала.
― Какие нынче богатыри некультурные пошли, ― нависла над ним дама, руки в бока уперев. В устах её сигара тлела, дым сизый испуская. А глаза змеиные, холодные. ― Ничего сказать мне не хочешь, добрый молодец?
Подумал Луффи, честно ответил:
― Есть хочу.
Дымом подавилась колдунья, на силу отдышалась, пальчиком изящным невольные слезинки стёрла да направила на разбойника гнев свой.
― Неужто не знаешь перед кем стоишь и чьи цветы топчешь, репка-сурепка?
Поглядел на колдунью Луффи и ответил:
― Впервые тебя вижу, если честно. Но давай знакомиться! Меня зовут Луффи, и я стану самым свободным искателем приключений! А ты кто? ― и добавил виновато: ― Извини за цветочки, не видал я, куда песок меня роняет.
Удивленно слушала разбойника колдунья, ушам и глазам своим не веря. Не попадались ещё ей такие странные витязи. Она вообще раньше не встречала таких необычных людей. Разве что из рода царского, что за этим лесом и ещё полем правит, но этот молодец никак не мог быть сыном Рыжего Шанкса. Хотя, говорят, история странная над этим родом висит. Посмотрела колдунья на виноватого молодца и решила пока его не убивать. Вдруг что интересное случится. А то в лесу хоть и наплыв богатырей недели две уже, но все эти мужланы скучны и друг на друга похожи. Трясут они своими мечами-кладенцами, в лавке дешёвой купленными со скидкой, орут белугами и спать не дают приличным ведьмам. Волков и зайцев распугали по всей округе, так те жаловаться приходят, мол, прогони супостатов, житья от них нет. Если уж зверьё богатырей на дух не переносит, то что говорить про своенравную и обиженную женщину?
― Хозяйка я здешних мест, за порядком слежу, искателей приключений выпроваживаю. Можешь звать меня Кроки, ― смилостивилась колдунья, к удальцу слабую приязнь чувствуя. Забавный он и непоседливый. Такого жалко прогонять, тем паче что есть он хочет. Как же не накормить мальчишку, если терем полон яств разных? ― Проходи, но помни: если не расскажешь, куда путь держишь, обратно к камню отправлю и более ни за что ты на это место не воротишься! А про цветы забудь, на утро новые вырастут.
― Спасибо, ты добрая тётя, ― радостно улыбнулся Луффи, не отказываясь от щедрого предложения. В тереме чисто было, прибрано, по полочкам всё расставлено ― видно, что следит за домом настоящая женщина. Пахло вкусно, чем-то душистым и сладким, такого парень никогда не нюхал. Увидел он стол огромный, не глядя схватил тарелку с него и протянул к хозяйке, мол, корми меня, всё съем и добавки попрошу.
― На-кось, погрызи пока, ― в тарелку положила ведьма кость с мясом. От неё шёл пар, только-только из горшка еда, сытная да полезная. ― Сейчас соленьев из погреба принесу, супов тебе налью и мяса побольше, раз любишь его сильно. Обожди.
Засияли глаза молодца, угощение увидевшего. Луффи даже замер на секундочку, а потом смёл мясо в секунду, косточку и пальцы облизал и посмотрел восхищенно на Кроки:
― Спасибо, хозяюшка, в жизни ничего подобного не ел!
― Это моя скатерть-самобранка расстаралась, ― усмехнулась колдунья, но взгляд желтых глаз потеплел. Указала царственным перстом на большой стол дубовый, а накрыт он скатертью, петушками и узорами расшитой. И мелькают над скатертью руки изящные с пальцами длинными, расставляют тарелки. Смотрит на это чудо Луффи, рот раскрыв, сказать ничего не может. А тут из скатерти голова показывается русая и говорит мужским голосом:
― Хозяюшка, свет моих очей, ещё что-нибудь?
― Накорми молодца, Санджи, ― щурит глаза колдунья. Сама она в погреб ушла, как и обещала, тайком с помощью колдовства за гостем приглядывая, а скатерть замолчала, на парня неодобрительно глядя.
― Ух ты, голова из стола! ― обрадовался Луффи, подбежал к столу громко потребовал добавки. При этом он так искренне восхищался едой, что даже чёрствое к молодцам сердце Санджи дрогнуло, и скатерть-самобранка за несколько жалких минут сотворила воистину царское пиршество. Тут вам и гусь, с яблоками запеченный, и рыбка заливная, и окорока и курочка, чесноком и травами наполненная, и меда хмельные, и отвары полезные, силы возвращающие. И блины. И странные раковинки. И море такого, чего разбойник за все двадцать лет не видывал и о чём слыхать не смел. Сглотнул Луффи, к столу, будто во сне подошёл, и…
― Где ты взяла его, хозяюшка? ― выдохнул Санджи, из скатерти вылезая и рядом с Кроки становясь. На пустые тарелки он смотрел с благовейным трепетом. ― Разных богатырей я встречал, но чтобы таких!.. Да он же всё съел и не поперхнулся ни разу!
― Прожорливый, ― непривычно ласковым тоном заметила ведьма и поставила на стол маленький бочонок с соленьями. Луффи, не глядя, обнял его руками и прижался щекой, сыто посапывая. ― Силу в нём чую немалую. Вот отоспится ― всё из него выведаю, ты не гляди так, принц мой ненаглядный. Хорошо сегодня поработал.
Санджи расплылся в улыбке, поцеловал холёную руку госпожи, перстнями унизанную, и в скатерти исчез, вновь готовый к чудесам кулинарии. А женщина бровью повела ― и спящий мальчишка полетел за ней следом по воздуху, бочонок к груди прижимая. Не убивать и не жечь в печи его колдунья задумала, только на постель пуховую положить да делами важными заняться. Чуяло её сердце, что немало натворит искатель приключений, коль на путь верный его не направить и чуток не подсобить. В сундуках море вещичек волшебных залежалось, часа нужного поджидая.
Не более часа прошло, а уж солнышко красное полнеба пройти успело. Всё не так в лесу чудесном, в ручьях вода живая и мёртвая течёт, река молочные, реки кисейные… Гуси-лебеди на стрежне красуются. Как же без них? Только вот наскучило Миссис Крокодайл природой любоваться, любопытство женское в ней взыграло пуще ревности: зачем же мальчик сей на смерть верную отправился, камень путеводный за спиной оставив? Погрузившись в свои мысли, не заметила колдунья, как крадётся кто-то вновь к скатерти волшебной. Скрипнула половица тихо, татя выдавая, да Санджи проснулся, почувствовав, как кто-то уголок его расшитый жевать пытается.
― Хозяйка, убери его!!!
― Пфости, ― шарахнулся в сторону Луффи с видом котёнка побитого. На жалостливое лицо без слёз смотреть мочи нет. Облизнулся паренёк, вдруг лукаво на Кроки посмотрел, спросил невинно: ― А покушать ещё… Можно?
― Ты же недавно ел! – бушевал Санджи, руками потрясая. ― На тебя никакой магии напастись невозможно будет, обжора!
― Успокойся, ― щёлкнула пальцами ведьма, уголок пожеванный выправляя и нрав взрывной усмиряя легко. ― Будет тебе еда, но коль уговор наш выполнишь. Хочу знать, куда и к кому путь-дорогу держишь. Не скажешь ― останешься здесь на веки вечные, родные костей не сыщут.
Задумался Луффи над угрозой, долго в пол глядел, а потом сказал спокойно, как будто не висел над ним меч роковой.
― Я иду, куда глаза глядят. Хочу удачу свою проверить и перед братом не сплоховать. Он отправился за шапкой-невидимкой, а я что? Я тоже хочу!
― Быть героем? ― усмехнулась колдунья.
― Не-е-е, ты что! ― поморщился Луффи, потешные рожицы корча. ― Героем быть скучно. Мне бы злодеем, да всё как-то не выходит. Может, ты знаешь тут чудо-юдо какое? Я его убью и обратно вернусь, честное слово!
Села Кроки в кресло соломенное, пальцами переносицу гладит. И мысли одна другой необычнее, страннее. Молодой ещё мальчик, совсем не ведает мира, может даже в сражениях настоящих никогда не был. Что ж, разбойники разве пустят детей в настоящую рубку? Знала колдунья Атаманшу-за-лесом: добрая баба, своих кровиночек потеряла, а значит, чужих вполне на ноги поднять могла. Честным вырос Луффи, ему в этом не откажешь. На подвиги отправлять его или к Чернобороду за шапкой опасно.
Дымкой покрылись жёлтые глаза, волновалась хозяйка леса, контроль над чувствами теряя. Рука правая потекла её, форму меняя и в крюк золотой обращаясь. Выдохнул Санджи дым, сигару быстро туша, и скрылся в скатерти ― в состоянии таком могла госпожа что угодно наколдовать. Однажды топи непроходимые создала одним мановением руки, до сих пор убрать не получается. Или Финиста терем в замок ужасный превратила, месяц Сокол к ней на медовуху не прилетал. Вот что с женщинами творится порой!
А тем временем молодец у скатерти жалобной мордашкой ещё мяска выпросил, кушает потихоньку, удовольствие растягивает да глаза от удовольствия жмурит Санджи на радость. Смотрит на это дитя Кроки, душевное здоровье восстанавливает. Кроме неё да нечисти лесной был ещё Кощей Бессмертный, всеми ближайшими землями заправляющий. Но отпускать юношу на смерть верную? Трепещет сердечко непривычно, как только рядом с мужем да с дочуркой рядом. Думает колдунья свою думу, но в головушку умную ничего не приходит. Выбил молодец её из равновесия, из панциря ледяного, при этом толком ничего не сделав. Необычно это, чудно.
― Так что, хозяюшка? Есть тут кто-нибудь с кем потолковать да силушку испытать хочется? Разбойнички-то сказывали, что в здешних краях ворожбы больше, чем листиков в лесу!
― Правы твои разбойнички. Вот только утро вечера мудренее. Оставайся у меня пока, а как солнышко на небо взойдет, тогда я и направлю тебя.
Кивнул Луффи и улыбнулся, на лавке устроился да засопел. Молодец всё делал быстро, долго над проблемой не думал.
― Финиста кликнуть надо, он всегда всё и про всех знает.
На руке у колдуньи много колец было – и зачарованное, и обручальное, и просто красивое, какая ж дама не любит красивых вещей? Но один из перстней особенный, силой наделён немалой. Повернула его камнем красным вовнутрь хозяйка, слова нужные нашептала, и спустя минуту показался вдалеке силуэт тонкий, птичий. Вышла Кроки на крыльцо, дверь закрыла и спустилась по лестнице, чтобы гостя встретить. Рухнул с небес на уже подавленные алые цветы сокол ясный, крылья расправил недовольно ― конечно, это же не ковёр басурманский, мягкой земля никогда не была ― и обернулся мужчиной статным, благородным. От птицы в нём остались глаза волшебные, насквозь смотрящие, в самую душу, и несколько перьев в смоляных волосах.
― Рада видеть тебя в добром здравии, ― ведьма ласково вытянула золотистые перья, локоны поправила, чтобы красиво лежали, и спрятала добычу в кармане бездонном. ― Как твоя невеста?
― Ни в жизнь не поверю, что только за этим меня ты позвала, Яга, ― флегматично ответил Финист, складки на рубашке разглаживая. ― Невеста сердится, не хочет отпускать меня никуда, но тут ничего не попишешь. Тебя я давно знаю, наверняка что-то задумала, коварная бестия.
― Ах, какой ты догадливый, соколик, ― всплеснула руками Кроки, смеясь тихонько, беззлобно. Любили они такие беседы вести, не обижаясь друг на друга. ― Надобно знать мне, не появилось ли в округе какой силы тёмной аль чудища страшного. Ты высоко летаешь, видишь далеко, кого спрашивать, коль не тебя?
Задумался Михоук, усики поглаживая. Сели колдуны на тёплое крыльцо, щёлкнула хозяйка пальцами, и появились из воздуха кружки с медом хмельным, живой водой разбавленным. Опустошили половину, вновь беседа плавно потекла:
― Силы темнее Кощеевой вовек не сыскать у нас, а до Черноборода идти далеко, за три дня не управишься. Чудищ всех, окромя Горыныча, богатыри окаянные победили, всё им слава предков покоя не даёт. А в чём интерес твой, костяная?
― Знаешь ведь, что костяная нога ― пережиток прошлого, да и не удобно это, ― плечиком повела Кроки, на солнце глядя, не щурясь. ― Явился ко мне добрый молодец, нрав чудной, аппетит как у дружины целой, и желает он приключений на голову неугомонную сыскать. Любопытно мне стало, какая земля таких богатырей на свет порождает и правда ли, что двое сынков царевых годков эдак двадцать назад разбойниками украдены были. Что скажешь?
― Если тот мальчишка, что храпит у тебя на лавке и есть могучий витязь, и вдобавок наследник царя, то это очень странная шутка. ― Обиженно молвил Финист, впрочем, слова колдуньи его взволновали, память всполошили. ― Да, было дело. Родилось у Рыжего три сына… Сама лучше меня знаешь, как оно бывает дальше. Младшему волхвы судьбу великую напророчили, но украли, говорят, только среднего царевича. Мол, меньшого ключница спасла и назад воротила.
― Ой, не верится мне. ― Хмыкнула Кроки, поглядывая на терем: спал ещё Луффи, не ведая ничего про себя и брата. ― Что-то есть в этом ребёнке великое. Коль не веришь, сам с ним пообщайся. А старший сын Рыжего жив ещё?
Допил сокол мёд хмельной, вытер рукой пенные усы и прищурился довольно.
― А, отличная ты хозяйка, Яга!.. Жив старший, Сабо его кличут. Когда был я в последний раз в Тридевятом царстве, вороны сказали, будто отправил его отец-государь к дракону… Да-да, к Горынычу, не надо на меня так смотреть! Сам на силу отсмеялся, но ладно, не наше это дело ― в политику лезть… Указ же тебе, думаю, более по душе придётся. Погляди.
Из-за пазухи вытащил колдун свиток помятый, исписанный мелко-мелко и печатью царской закреплённый. Внимательно прочитала хозяйка его, едва остатки цветочков не спалила ― сильна была ревность и обида на мужа упрямого. Титулы ему подавай, ах он глупый пернатый…
― Значит, вот как он детей воспитывает. Ну-ну, ― ухмыльнулась ведьма, свиток в руке сжимая. Глаза её местью горели почище огня лютого. ― Спасибо, Финист, что уважил и весть добрую принёс! ― обняла легонько оборотня дама, смутив того на минуточку.
― Ну что ты, Кроки… Кхм, это я тебя благодарить должен. Несколько зим бился, как рыба об лёд, а одно случайное колдовство его растопило за мгновение. Кто же знал, что зазнобе моей замки нравятся… Как там они называются…
― Готичные, ― смеясь, подсказала ведьма. ― И милые.
― Да разве он милый?
― Поверь, невесте твоей виднее. Кстати, не мог бы ты одну маленькую просьбу для меня выполнить?
Долго обсуждали волшебники планы свои, многого не сказала хозяйка, а Финист не спрашивал, но разошлись они довольные друг другом и чуточку счастливые. Каждый своему радовался, то ли решению мудрому, то ли заданию интересному. Не вечно же соколу свободному под крылом девицы сидеть да книги читать, вином запивая? То-то же.
А там и Луффи проснулся.
Выходит он на крылечко, потягивается, спросонья глаза жмурит, но улыбается уже довольно и счастливо. Кроки смотрит на него, и вдруг ей приходит глупая, казалось бы, и совсем не рациональная мысль: «А почему бы и нет?».
― Ты спрашивал у меня, молодец, где в здешних местах чудо-юдо водится? ― говорит она, указом царским обмахиваясь. Луффи тут же навострил ушки да и уселся прямо перед колдуньей на доски, ковром чудным накрытые.
― Так вот, узнала я у сокола ясного, что из всех сильных магов, колдунов да чудищ остались только Чернобород, к которому брат твой направился, и Горыныч. Но к нему надо записываться и в очереди стоять, а это долго, уж очень популярен Горыныч стал в последние полгода. Ещё есть Медной Горы Хозяйка, знакомая моя давняя, да вот только идти к ней с пару недель без магии и сапог-скороходов.
Пригорюнился Луффи, головушку повесил: уж очень не хотелось к брату и атаманше не солоно хлебавши возвращаться.
― Неужто совсем ничего сделать нельзя, хозяюшка? ― спрашивает молодец. Кроки смотрит на него внимательно, глаза свои колдовские змеиные щурит.
― Есть ещё один вариант, ― говорит она, наконец, ― землями, что после моих лежат, правит Кощей Бессмертный. Сильный, магии обучен, умеет человечьей душенькой управлять. Но в глубине замка его неприступного уже давно томится царевна с именем длинным, так что её вкратце все Ло зовут. Царь земель человеческих издал указ, что тот, кто царевну вызволит да Кощея победит, тот полцарства в награду получит.
― Не нужно мне его царство, ― отмахивается Луффи, хотя видно, что заинтересовали его слова Кроки. ― А на царевне потом жениться обязательно?
― Обычно, да, но коль не понравитесь друг другу, то бог вам судия, ― отвечает Кроки, пряча невольную улыбку за сигарой. Уж больно мил этот странный молодец. ― Ну что, коль боишься, назад поворачивай, а если…
― Пойду Кощея убивать! ― стукнул по полу кулаком богатырь, вмятину оставляя. ― Ой, прости…
― Ничего, ― рассмеялась колдунья, легко доски обратно вправляя. Протянула руку мальцу-удальцу, молвила с сомнением: ― А сдюжишь супроть Кощея-то? Он жесток и опасен, из врагов чучела набивает и в саду своём на потеху выставляет. Коллекция у него своего рода. А богатырей он на дух не переносит. Без помощи ты и минуточки не продержишься.
Схватился Луффи за руку протянутую, вскочил и обнял ведьму, удачно так ― Санджи от зависти едва не задымился, на охальника глядя гневно. Прямо в перси лицом попал, вот же!.. Дитя невинное, как же, видали мы таких детинушек. Но не ругала Кроки царевича за самоуправство, улыбалась тепло, видно, чувства материнские, разлукой притупленные, вновь в силу вошли.
― Ну-ну, меня-то за что душить, дурачок? Не нужны тебе, что ли, вещи волшебные да помощники верные?
― Нужны! – оживился Луффи, от женщины отлипая и вокруг прыгая, точно козлёночек, которого в человека превратили. – Ты мне дашь что-то такое? Меч-кладенец, да?
Не ответила ничего хозяйка, молча повела за руку богатыря в покои огромные, где по стенам результаты проб и ошибок лежали в творческом беспорядке. Мечей там видимо-невидимо, на любой вкус и цвет, бери ― не хочу. А ещё ковры летающие, у Черноборода честно украденные, дудки-самогуды, сапоги-скороходы, ступы, из моды вышедшие, браслеты магические, амулеты… Чего там только не было! На весь терем восхищался мальчишка, на себя чудесные вещички надевая без разбору. Получилась из него прекрасная мишень для дракона и экспонат в сад Кощея ― гремит, звенит, двигается медленней черепахи, а из-под шлема борода накладная торчит, желания исполняющая.
― Так ты далеко не уйдёшь, репка-сурепка. Давай-ка я тебя приодену и соберу, как подобает!
Исправила колдунья положение плачевное. Плащик нашла, чары тёмные отражающий. Браслет простой, да необычный ― круглый шар со стрелкой точно направление указывал, при всём желании заблудиться не получится. Бороду, отсмеявшись, оставить разрешила. А ещё кольцо подарила ― серебристое, змейкой скученное. Не защита и не заклятие, просто кольцо, чтобы было с чем к принцессе пленной заявиться.
Царевич до земли поклонился ведьме доброй, напоследок снова обнять её попытавшись, да скатерть-самобранок не дал, ревнуя люто. Получил он не только удары, но и мешок с едой свежей, на несколько дней хватит… Наверное. Вышли во двор они, слова для прощания подбирая. Вздохнула горько Кроки, не хотелось отпускать мальчишку, нравился он ей, почти родным сделался. Чтобы добрался он до Кощея целым и невредимым, позвала хозяйка Серого Волка ― свистнула громко, деревья макушки склонили пред силой великой.
Явился из-под земли мужчина наружности подозрительной. Шрамы на лице зверином, остром, о битвах жутких напоминали, руки что лапы, а за спиной хвост виднелся. Обрадовался Луффи «собачке», давай вновь цветы алые топтать. Не выдержал Волк:
― Ты что ж это, госпожа, так тебя растак, богатырям помогать вздумала? А что скажет…
― Молчи, волчья сыть, травяной мешок, пока в овечку не превратила! ― прикрикнула на него леди, ножкой топая. Прижал уши к голове мужичок, вину свою заглаживая. ― Снеси этого ребёнка к Кощею, и чтобы с него ни единого волоса не упало!
― Как скажете… Женщины, сколько с вами проблем, ― проворчал себе под нос Джабура, в волка огромного превращаясь. Запрыгнул к нему на спину Луффи, мешок пристроил с едой и помахал хозяевам приветливым на прощание.
― Спасибо за всё, Кроки! Я победю… Побежу… В общем, одолею Кощея и девицу ту спасу. Как её зовут, забыл…
― Ло, ― усмехаясь, напомнила ведьма.
― Траффи так Траффи, ― не услышав ничего, как обыкновенно у него случалось, кивнул богатырь и пришпорил «коня» по бокам. Полетел Серый Волк через леса, через моря, овраги перепрыгивая и хвостом верхушки дубов-великанов задевая. Крутилась стрелка волшебного браслета, путь верный указывая.
Проводила Яга взглядом мальчишку, головой покачала и в терем воротилась ― чай ромашковый с Санджи пить и думать-гадать, останется жив ли добрый молодец с удивительной судьбой.

@темы: Big Bang 2015, PG-13, авторская работа

Комментарии
2015-05-10 в 00:19 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:31 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:35 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:35 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:36 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:37 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:38 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:39 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:40 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:41 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:42 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:42 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:42 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:43 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:48 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:49 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:50 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:50 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:51 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:52 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:53 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:55 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:56 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:56 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:57 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:58 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:59 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 00:59 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:00 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:01 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:01 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:02 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:03 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:04 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:04 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:05 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:06 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 01:06 

One Piece Big Bang
Реверс Бэнг существует!

URL
2015-05-10 в 21:21 

Джию
Пресвятые стриги Фрэнки! (с)
Ссылка на иллюстрации не пашет, открывается главная хостинга.(

2015-05-10 в 21:36 

Солнце Нового Мира
Больше Ау богу Ау (с)
Джию, простите, моя оплошность, напортачила с ссылкой >< Теперь должно работать)

2015-05-11 в 08:41 

Рин.
it's hard to say that i'd rather stay awake when i'm asleep 'cause everything is never as it seems
Замечательная сказка получилась! :heart:
Очень яркий мир и персонажи колоритные. Было забавно увидеть некоторых, так сказать, в новом свете :-D
Отдельное спасибо за Сабо и Коалу! *)

2015-05-11 в 10:16 

Ниал
кофейная колыбельная
Рин., половина персонажей появлялись в процессе и проходили внеплановый жесткий кастинг :-D
Мы с Солнцем рады, что вам понравилась наша сказка)
и что вы её дочитали

2015-05-11 в 14:01 

Джию
Пресвятые стриги Фрэнки! (с)
Мне нравятся иллюстрации:) Куро выше всяких похвал:five: Хотя и не люблю Марко, но тут фемка прекрасная)) ДофлаКрокодайл ащащщ, какая женщина:inlove:

2015-05-11 в 19:35 

Cofberry
Ведь я и психиатр, и стиптизерша
Гет и фем персонажей - две вещи, которые я не люблю *от слова терпетьненавижу*, читала по большей части из любопытства, что ж за сказка такая на размер макси? И не пожалела. Очень доставил стиль написания, такой скаааазочный, задорный, и шуточки эти *засолка сердец, не помидорки не огурчики - вынесло просто xDD* Кроки, как мадама вышла просто шикарной, Луффи каноничен, но особенно приглянулся характером Сабо *О*
Спасибо авторам за превосходную работу и низкий поклон. Это было волшебно!
Иллюстрации просто превосходны! *Q*

2015-05-12 в 11:53 

_Tasselhof
Замечательные арты! Ло в кокошнике милый-милый :heart: , и Роджер в окошечке хорошо так устроился :D

2015-05-12 в 18:33 

Hell@
Я - кот, хожу где вздумается, и гуляю сам по себе. :Cb:
Авторы вы божественны!!! не помню как и почему меня выкинуло на этот фанфик- сказку, но я очень рада случившемуся. Сперва был ступор: как я это с телефона то читать буду?! потом до смотрелась, что есть версии для скачивания. Обрадовать перекинула на читалку и пропала на пару часов. Читала взахлеб. Читала то я практически все работы Солнца нового мира, но такой прелести, да еще и в совместном исполнении с Ниал, еще не встречала. Герои они живые, вот прикрываешь глаза и видишь и улыбку Луффи, и желтые глаза Кроки, и гиперзаботливого Дофлу, и Эйса с его веснушками и находчивостью... я могу еще долго и воодушевленно перечислять все вставшие перед глазами персонажей, да только это получится очень много текста. Герои шикарные, с проработанными характерами и с минимумом ООС. Это просто офигенно. в некоторых местах я просто безбожно ржала, перебудив всех в квартире(читала то я ночью), в некоторых, пускай и знала о Хэпи енде, напрягалась и замирала. Авторы я не знаю что вы задумывали первоначально, только это шедевр.
Море благодарности, кучу шоколадок и печенек, литров счастья, успехов в делах и свободного времени для себя. Спасибо за ваши труды. Ваш искренний фанат на веки вечные.
п.с. похоже в исполнении Солнца нового мира я все таки полюбила Кроко/фламы.
п.п.с. ваш шанкс и бен в конце меня просто убили. Особенно про замуж.

2015-05-12 в 19:54 

Skifshi
Приветики-Салютики-Ромашечки!!!!
Джию, Cofberry, _Tasselhof, :shuffle2: артер старался как мог и очень рад, что вам понравились иллюстрации ^_^ Спасибо за теплые слова :shy:

2015-05-12 в 20:25 

Ниал
кофейная колыбельная
Джию, идея баюна-Куро принадлежит Солнцу, она его прорабатывала от хвоста до ушек :-D
Женщины у нас прекрасные, куда не посмотри, это да :З
Cofberry, мы пытались оставить сказочный слог не смотря ни на что, и, судя по вашему отзыву, у нас это получилось :heart:
Hell@, всё прорабатывалось и писалось почти год, так что мы могли посвятить много времени характерам персонажей, попытаться оставить их каноными не смотря на смену пола и сказочный мир) Мы с Солнцем рады, что смогли произвести на вас столь хорошее впечатление)
У Солнца волшебно получаются всё МингоКроки, это да)
Эта "полуальтернативная концовка" родилась случайно, но мы не жалеем :lol:

2015-05-12 в 20:40 

Hell@
Я - кот, хожу где вздумается, и гуляю сам по себе. :Cb:
У Солнца волшебно получаются всё МингоКроки, это да)

С учетом моей не особой любви к этому пейрингу на КФ(у Солнца нового мира) я прочитала их все и теперь покорена до глубины души.

Эта "полуальтернативная концовка" родилась случайно, но мы не жалеем :lol:
Она на оборот прелестна и очаровательно. Это же Шанкс он не может не выкинуть чего-то эдакого, чтобы все было еще веселее. А бен слишком давно с ним рядом, так что...
Еще раз огромное спасибо за ваши труды.:five::five::hlop::hlop::hlop::hlop::bravo::woopie::woopie:

2015-05-12 в 20:54 

Ниал
кофейная колыбельная
С учетом моей не особой любви к этому пейрингу на КФ(у Солнца нового мира) я прочитала их все и теперь покорена до глубины души.

Как я вас понимаю :-D Сама через это прошла :gigi:

Вам спасибо, что доблестно прочитали)

2015-05-13 в 21:33 

Солнце Нового Мира
Больше Ау богу Ау (с)
Рин., спасибо большое *__* Мы их всех любим, так что очень старались) А Сабо и Коала прелестные, рады, что они вам понравились)
Джию, у нашего иллюстратора руки золотые просто ^^ Спасибо за добрые слова!
Cofberry, я счастлива, что ты прочитала, хотя это и гет. Приятно очень слышать *О* Мы старались, так что здорово, наши труды были не зря =3 Спасибо тебе огромное, что прочитала! :heart:
_Tasselhof, Ло и кокошник - отдельная тема х)) Над ним долго колдовали)) За Роджера благодарите иллюстратора, она чудесна *О* Нам приятно, что вы к нам заглянули)
Hell@, сколько добрых слов *ООО* Я рада, что вы меня читаете, и на БП, и сюда заглянули - приятно! Мы писали правда долго, но это был чудесный проект, думаю, на одном мы не остановимся. Персонажей всех холили и лелеяли, так что они получились особенно яркими и узнаваемыми, хоть и сказочными. КрокоФлам я не могла не добавить, здорово, что удалось вас вдохновить этим пейрингом =3
Вам тоже добра и всего самого-самого чудесного!))
п.с Бен и Шанкс к этому долго шли х)) Деток устроили - можно и личной жизнью заняться)

С учетом моей не особой любви к этому пейрингу на КФ(у Солнца нового мира) я прочитала их все и теперь покорена до глубины души.
:sunny::shy::pink:

2015-05-14 в 06:33 

Hell@
Я - кот, хожу где вздумается, и гуляю сам по себе. :Cb:
Я рада, что вы меня читаете, и на БП, и сюда заглянули - приятно!
я вообще вас читаю, практически везде где нахожу ваши работы. На КФ я Хина16, так что когда б
доберусь до него буду читать, что у вас там новенького и по возможности оставлять комментарии.
п.с Бен и Шанкс к этому долго шли х)) Деток устроили - можно и личной жизнью заняться)
да детки им вроде и до того не сильном мешали, хотя это как посмотреть)

2015-05-17 в 00:14 

Солнце Нового Мира
Больше Ау богу Ау (с)
Hell@, я вас узнала =)) Буду ждать ^^
да детки им вроде и до того не сильном мешали, хотя это как посмотреть)
Это мы оставили за кадром, всё-таки сказка х))

2015-06-01 в 15:52 

Мамока
Я и мой брат-дебил. Капитан Зефирка. Только не ламбада!
Читала с перерывами, все не было времени засесть нормально.
И это потрясающий текст и сказочная атмосфера. И младший вовсе был дурак. Каждый персонаж прекрасен.
Спасибо за текст=))

2015-06-01 в 18:06 

Солнце Нового Мира
Больше Ау богу Ау (с)
Мамока, вааа *О* Я очень рада, что ты прочитала =)) Мы старались, в процессе полюбили и привязались к каждому персонажу) И Луффи совсем не дурак, он просто Луффи, и этим всё объясняется)
Тебе спасибо! :heart:

2015-06-01 в 18:10 

Мамока
Я и мой брат-дебил. Капитан Зефирка. Только не ламбада!
Солнце Нового Мира, не считаю Луффи дурачком, ни в коем случае, но все очень мило прошло=))
и еще где-то Роси ходит, книги собирает =))

2015-06-01 в 18:27 

Солнце Нового Мира
Больше Ау богу Ау (с)
Мамока, знаю, просто по канону же младший именно дурак, а у нас с этим не сложилось =) Все умные да добрые))
Про Роси моя идея была, если правильно помню х))

2015-06-10 в 23:50 

The Stinging Goddess
Мультиднищер
Солнце Нового Мира, Потратила целый вечер, чтобы прочитать, и не зря, ящитаю :D
Отличное получилось сказочное ау, мне оно было больше какоридж, но знакомые черты персонажей вызывали отдельные приятные эмоции :D

Очень понравился соответствующий поветвованию сленг - это было очень грамотно и уместно :heart:
отдельное спасибо за "челодлань" в эпилоге, она меня порадовала неимоверно :lol:

В общем, хочу сказать огромное спасибо за ваш труд. Ваша сказка очень подняла настроение, погрузила в легкую и непринужденную атмосферу и заставила по-идиотски растекаться в мимими-улыбке :squeeze::squeeze::squeeze:

2015-06-11 в 01:10 

Солнце Нового Мира
Больше Ау богу Ау (с)
The Stinging Goddess, спасибо, очень приятно, что наша работа вам понравилась ^_^ Мы с соавтором старались соблюдать сказочный стиль и сделать персонадей узнаваемыми, несмотря на русский колорит. А за иллюстрации я до сих пор готова заобнимать нашего иллюстратора, одна Ло в кокошнике чего стоит! :love:
Благодарю от всей души, славно, что получилось поднять вам настроение и увлечь на целый вечер :dance2:
Челодлань зело к месту пришлось, да :sunny:
Вам добра и мимими =)

2015-06-11 в 09:41 

The Stinging Goddess
Мультиднищер
Солнце Нового Мира, да, русский колорит очень славный вышел :heart:
и еще раз спасибо за прекрасный вечер :squeeze:

   

One Piece Reverse Bang

главная